Вавилоно-ассирийская литература

Мировая мифология, мифы всех стран мира: Вавилоно-ассирийская литература
Литература древ. народов Месопотамии. Восходит ко времени возник-нов. шумерской культуры в 4-м тыс. до н.э. Шумерская литература оказала значит. влияние на формиров. более позд-ней, чем она, В.-а. л. Использовав культурное наследство шумерской эпохи, вавилоняне создали высоко развитую литературу, которая достигла своего расцвета во 2-м тыс. до н.э. Мн. сюжеты и лит. жанры шумерской литературы сохран. в неск. изменен. форме в теч. тысячелетий. В эпоху существов. большого Ассир. государство на шумеростровавилонскую литературу смотрели, как на «классич.» литературу, авторитет которой был укреплен ее древностью, обосновыв. религией и использовался жречеством в целях укрепл. рабовлад. деспотии.
Своими истоками вавилонская литература восходит к устн. нар. творч., образцы к- рого сохран. в незначит. количестве. Таковы пословицы, отражающие житейскую мудрость и быт земледельч. народов Двуречья, и нар. трудовые песни (мельников, пекарей, поваров), скудные обрывки которых сохран. до наших дней. К нар. литературе в некоторой степени относятся древ. животный эпос и басни. Однако фрагменты этих лит. произв. сохран. в редакциях более поздн. времени, когда наряду с быком хоз. значение стала приобретать лошадь и когда образ орла стал символизир. царскую власть. В это время возник «Диалог между лошадью и быком», которые спорят о достоинствах своей породы, басня «О лисице», выступающей на суде перед богом солнца Шамашем, повесть о вражде между орлом и змеей, вставлен. в поэму «Полет Этаны». Некоторые др.-шумерийские сказания, например, эпич. поэма «Гильгамеш и Агга», восходят к нар. худож. творч. В этой поэме описыв. выступление древ. героя Гильгамеша, поддерж. народом, против царя Кина, пытавш. поработить свободное население Урука.
Мн. сюжеты лит. произв. др.-шумерской эпохи относятся к тому времени, когда кочевое скотоводство стало вытесн. оседлым земледелием, которое было связано с искусственным орошением. В поэме «Эмеш и Энтен» рассказыв. о том, как создатель скотоводч. хозяйства спорит с основателем земледе- лия за звание «земледельца богов», причем бог земли и верхов. бог Шумера и г. Ниппура Энлиль решает спор в пользу земледельца Энтена. В др. шумерской поэме рассказыв., как Энлиль изобрел мотыгу и подарил ее людям. Наконец, в поэме «Иннина выбирает земледельца» повеств. о том, как герои скотоводства и земледелия сватаются к богине плодородия Иннине, всячески расхваливая свой труд.
Эпос. Большое место занимал в вавилонской литературе эпос, который восходит к шумерской эпохе. Сюжеты др.-шумерских эпич. поэм, проникнутых религ. мировоззрением, тесно связаны с мифами, в которых описыв. древнейший «Золотой век», создание богов, мира и человека, борьба бога солнца и войны Нинурты с чудовищем преисподней и нисхожд. Энлиля в загробный мир. В «Поэме о Золотом веке» рассказыв. о счастл. времени, когда «не было ни страха, ни ужаса, — у человека не было соперника». Эта поэма возникла в то время, когда уже существов. сильное шумерское царство, «страна указов верховной власти», и когда Шумер был связан торг. и культурн. связями со мн. странами. В др. шумерской поэме рассказыв. о подвигах древ. героев, а также о сотворении мира и человека. В мифах и легендах, описыв. мировой потоп и борьбу божества с чудовищем преисподней, охраняющим мировые воды, отразились исконная борьба древ. земледельцев Месопотамии с периодич. разливами рек, а также устройство древнейшей оросит. системы. Особый цикл мифов лег в основу эпич. поэм, связ. с культом земледельч. божества плодородия и природы. В них описыв. «нис-хождение» бога земли Энлиля и богини плодородия Иннины в загробный, подзем. мир.
Вавилоняне подвергли некоторой переработке шумерскую литературу, что нашло свое отражение в вавилонском эпосе. Сохранивш. главным образом в более поздних редакциях вавилонские эпич. поэмы были, очевидно, составлены в эпоху расцвета Др.-вавилонск. царства при царях 1-й вавилон-ской династии (19 — 16 вв. до н.э.), на что указыв. содержание некоторых сохранивш. фрагментов и поэм, среди которых одно из первых мест занимает поэма «О сотворении мира». В шумерском прототипе этой поэмы создателями мира явл. шумерские боги, в частности Энлиль, а первоздан. городами «царства» — города Шумера и Аккада: Урук, Ниппур, Сиппар и др. В эпоху образов. Вавилонск. царства жрецы стали изображ. бога Мардука в качестве верхов. бога и творца вселенной, что нашло свое отраж. и в вавилонской редакции поэмы «О сотворении мира». Эта поэма, соедин. ряд древ. мифов, состоит из неск. составных частей: мифа о происхожд. богов (теогонии), легенды о борьбе бога весен. солнца и творч. силы Мардука с силами мрака, с чудовищем хаоса и бездны Тиамат, сказания о передаче скрижалей судьбы и миров. владычества вавилонск. богу Мардуку, наконец, основной темы о сотворении Мардуком всего видимого мира из тела повержен. Тиамат. Сохран. редакции и фрагменты различ. эпох, в частн. — неск. сказаний о борьбе божества света с силами мрака (леген- ды о весен. месяце, о Бэле и Лаббу, о птице-урагане).
Ко времени расцвета Др.-вавилонск. царства при Хаммурапи относится и «Поэма о богине Агушайя», заканчив. восхвалением трех воинствен. богинь, между которыми должно царить согласие. В этой поэме отразились борьба между различ. группами жречества и попытка централизации культов.
Наиболее крупным и хорошо сохран. памятником вавилонск. эпоса явл. замечат. «Поэма о Гильгамеше», в которой с большой худож. силой трактуется вопрос о смысле жизни и неизбежности смерти человека, даже прославл. героя. Некоторые эпизоды этой поэмы, имя героя и многочисл. худож. изображ., как бы иллюстрир. отдельные сцены из его жизни, восходят к глубокой шумерской древности. Гильгамеш, по преданиям, сын верхов. жреца и богини, полулегенд. древнейший царь Урука, прославился постройкой стен и своими подвигами. Имя этого полумифич. царя сохран. в списках древнейших царей Шумера. Возможно, что одна из древ. редакций этой поэмы была составл. в эпоху 1-й вавилонской династии; на это указыв. сохран. фрагмент, резко отличающ. от более поздней и наиболее полной ассир. редакции, составл. на вавилонском яз. ассир. клинописью в 7 в. до н.э. для Ниневийской библиотеки царя Ашшурбанипала. «Поэма о Гильгамеше» делится на вступл. и четыре основные части: рассказ о жестком правл. Гильгамеша в Уруке, о появл. второго героя — Энкиду и о дружбе этих двух героев; описание подвигов Гильгамеша и Энкиду; повествов. о странствиях Гильгамеша в поисках личного бессмертия; заключит. часть, в к- рой говорится о том, как беседовал Гильгамеш с тенью умерш. друга — Энкиду. В поэме получили отражение историч., а также и чисто миф. и легендар. события, которые роднят поэму с мифами астральн. культа. Поэма о Гильгамеше получила очень широкое распростр. Образ и подвиги Гильгамеша нередко сравнивали с антич. образом Геракла.
К этому же циклу героич. поэм относятся поэмы о древ. героях Адапе и Этане, отразившие мысль о вечной жизни, которая пронизывает и всю поэму о Гильгамеше. Нравоуч. и отчасти религ.-философские тенденции отразились в легенде об Этане, в которой повеств. о дружбе между орлом и змеей, о вероломстве орла, о жестокой мести змеи и о смелой попытке Этаны взлететь на крыльях орла на небо, чтобы достать там «траву рождения» и знаки верхов. царской власти. В этой поэме проводится мысль о том, что царская власть дается небом и освящ. богами, в этом сказывается жреч. пропаганда.
Драматическая поэзия. Элементы драматич. поэзии в виде диалога сохран. в заключит. части «Поэмы о Гильгамеше», содерж. беседу героя с тенью умершего друга. Такие же элементы религ. драмы сохран. в «Поэме о нисхождении богини Иштар в загробный мир». Основной цикл вавилонской религ. драмы был связан с культом умирающ. и воскресающ. бога природы. Первые образцы этой религ. драмы восходят к шумерской эпохе. Ко времени династии Исина относится патетич. диалог между великой богиней Эги- ме и ее братом — «безумным» и умершим богом Лиль. Эги-ме оплакивает смерть Лиля и призыв. его воскреснуть. Бог Лиль просит богиню освободить его от уз смерти. Широко были распростр. в шумерскую и вавилонскую эпоху «заплачки», худож. оформл. древ. «плач» об умершем боге природы Таммузе. Этот плач был частью древ. религ. драмы, исполнявш. накануне праздника воскресения бога природы. Миф о смерти, страданиях и воскресении бога природы, театрализов. в форме религ. драмы, сохран. в Вавилоне вплоть до 8 в. н.э. В одном вавилонском тексте этот миф изложен подробно, причем черты бога природы Таммуза перенесены на вавилонск. бога Мардука.
Лирическая поэзия. Подавляющее большинство образцов вавилонской лирич. поэзии проникнуто религ. идеологией. Произв. этой лирич. поэзии можно разбить на три группы: 1) молитвы, в которых испрашив. помощь божества; 2) гимны, в которых прославл. мощь божества; 3) псалмы, проникнутые эмоционал. переживаниями автора. Все произв. религ. поэзии явл. неотъемл. частью религ. ритуала. Мн. из молитв и гимнов пелись жрецами в храмах и сопровожд. муз. аккомпанементом на цимбалах. Особую группу составл. «жалобные песни» и «покаянные псалмы», которые обычно сопровожд. игрой на флейте. Произв. лирич. поэзии восходят к шумерской эпохе. Такова молитва Гудеа, правителя Лагаша, обращен. к богу Нингирсу, в которой говорится о постройке храма (23 в. до н.э.). К шумеро-аккад. эпохе относятся высокохудож. псалмы и гимны, обращ. к различ. богам, в частн. к верхов. богу Энлилю. Некоторые произв. лирич. поэзии, как, например, гимны Шамашу и Мардуку, относятся к вавилонской эпохе. Наконец, этот же тип религ. лирики сохран. и в ассир. эпоху и дошел до нас в списках из библиотеки Ашшурбанипала. Мн. из этих молитв и гимнов написаны на новошумерском яз. и часто снабжены вавилоно-аккад. или ассир. переводом. Трафаретность их содержания создает большие трудности для их точной датировки.
Религиозно-философская поэзия. Особен. интерес представл. два произв. вавилонской литературы, которые проникнуты своеобраз. религ.-философскими идеями, — «Поэма о страдающем праведнике» и «Беседа господина с рабом». В первом произв. автор жалуется на судьбу. Пытаясь понять причину своих несчастий, автор анализирует свои поступки, однако не может признать себя виновным в какой-либо преступлении и начинает сомневаться в справедл. богов. Так в вавилонскую литературу, проникнутую религ. идеологией, в связи с обострением класс. противоречий проникают сомнения в справедл. богов и в истинности религ. догматов. Еще большим пессимизмом проникнута «Беседа господина с рабом», составл. в период расцвета Вавилона при 1-й вавилонской династии. На все бесконеч. и противореч. требования самодура-господина раб отвечает угодл. фразой: «Да, господин мой, да». Но гл. мысль автора выражена в последних словах диалога. Разочаров. во всем, господин восклицает: «Теперь, что же хорошо?». Дерзко и насмешливо звучит ответ раба: «Сломать шею мою и шею твою и кинуть в реку, это хорошо». Рассерж. господин грозно говорит рабу: «О раб, я хочу тебя убить и заставить тебя идти передо мной». В ответ раб предостерегает: «Воистину только три дня будет жить господин после меня». В этом диалоге нашла отражение острая класс. борьба, которая привела к крушению Вавилонское царство.
Исторические легенды и летописи. К шумеро-аккад. древности восходят легенды о царе Энмедуранки, основат. искусства прорицания, об осаде г. Урука и сказание о детсве Саргона, царя Аккада. Высоколо развития достиг в Ассирии особый лит. жанр — описания воен. походов царей, облечен. либо в форму летописи (анналы), либо в форму письма, обращ. к божеству. Яркий и образный поэтич. стиль характеризует эти произв. ассир. литературы. От времени Новостровавилонск. царства сохран. интереснейшие хроники, как, например, хроника царя Набонида. Вавилоно-ассир. историо-графия легла в основу большого историч. труда поздне- вавилонск. писателя Бероса, отрывки которого сохран. до нашего времени.
В.-а. л. широко распростр. среди древ. народов Передней Азии и оказала влияние на формиров. как др.-евр., так и греко-рим. литературы.

Нравится
Просмотров: 946