Письменные источники Шумера и Аккада

Письменные источники Шумера и Аккада
Письменные источники дают возможность проследить эволюцию образов этих героев почти за три тысячи лет в шумерском, вавилонском и ассирийском вариантах легенды. Когда же речь заходит об изображениях Гильгамеша и Энкиду в глиптике, то проблема становится особенно увлекательной.

Дело в том, что, по традиции, с именами Гильгамеша и Энкиду связывалась наиболее популярная тема в искусстве Передней Азии: борьба со львами или дикими быками. В настоящее время эта точка зрения еще встречается в научной литературе, хотя человеку, сражающемуся со львами, давали имена и других героев кроме Гильгамеша, например Думузи, Адапы и т. д. В последние годы высказывается предположение (и при этом приводятся весьма веские доводы), что герой Гильгамеш был исторической личностью, царем, и период его правления приходится примерно на XXVII в. до н. э. Вряд ли в это же самое время он мог изображаться на печатях в виде мифологического персонажа. Однако сцены сражений со львами и другими животными появляются уже в конце IV тысячелетия до н. э., а в XXVII—XXVI вв. до н. э. становятся излюбленным сюжетом в глиптике. Чьи же это изображения?

Круг исследуемой глиптики, таким образом, тоже определился весьма четко. Это памятники так называемых раннединастического и аккадского периодов в истории Двуречья — времени наибольшего распространения сюжета, который в научной литературе получил название «фриз сражающихся» (приблизительно XXVII — XXV вв. до н. э.). Изображения людей и фантастических существ, обнимающих разных животных или нападающих на них (главная тема «фриза» в раннединастический период), занимает более 80% всех сюжетных сцен в глиптике этого времени; к аккадскому периоду таких сцен становится меньше. Таким образом, и в количественном отношении памятники изобразительного искусства, так же как и литературные, дали достаточный материал для исследования и сопоставления.

Разнородный и сложный характер материала определил план построения настоящей книги: главы, посвященные глиптике, перемежаются с главами о литературе, а теоретические вопросы рассмотрены по ходу изложения и не составляют специальной главы. Оказалось целесообразнее начать не с литературных источников, а с хронологически более ранней глиптики, чтобы установить, насколько правомерна сама попытка сопоставить «фриз сражающихся» с литературными образами, и выяснить, какова функция печати и как это может быть связано с вырезанными на ней изображениями.

Две первые главы следует рассматривать как вводные; в отличие от последующих глав они рассчитаны в большей степени на широкого читателя, чем на специалистов. Первая глава в общих чертах знакомит читателя с историей публикования и основными направлениями в изучении шумеро-аккадских печатей, вторая излагает отношение специалистов к предполагаемым изображениям Гильгамеша и Энкиду.

Различен и принцип изложения материала. В ряде случаев пришлось отказаться от полного и подробного освещения темы, отослав желающих к специальной литературе, с тем чтобы сосредоточить свое внимание на отдельных деталях. Так, очень суммарно представлена не подвергавшаяся нами специальному исследованию додинастическая глиптика, без знакомства с которой, однако, трудно понять глиптику раннединастическую. В этом случае рекомендуется монография П. Амье (P. Am let, La glyptique mesopo-tamienne archai'que, Paris, 1961 '), на которую читатель найдет неоднократные ссылки в пашей книге.

В главах о раннединастической глиптике, где основной упор сделан на исследовании иконографических особенностей и выяснении функций главных персонажей «фриза сражающихся», опущена социальная и политическая характеристика периода, которая подробно и обстоятельно изложена в работах советских исследователей, в частности в работе И. М. Дьяконова «Общественный и государственный строй древнего Двуречья» (М., 1959, ). Но в главе, посвященной глиптике Аккада, было необходимо хотя бы вкратце дать оценку политической и социальной жизни аккадского периода, так как перемены, происшедшие в это время, сыграли значительную роль в формировании идеологии и эстетических вкусов общества. Стилистическую же характеристику аккадской глиптики можно было здесь свести до минимума, она достаточно подробно изложена во вступительных главах; кроме того, специально интересующийся читатель может обратиться к монографии Р. Вёмера (R. М. В о е h m е г, Die Entwicklung der Glyptik wahrend der Akkad-Zeit, Berlin, 1965, ).

To же самое относится и к главам о литературе: всегда внимание было сосредоточено на какой-то одной стороне вопроса, особенно важной для данной темы, которая и выделялась, иногда, быть может, в ущерб остальным проблемам.

Нравится