Шумерская литература. Сказания о героях Шумера

Шумерская литература. Сказания о героях Шумера
Песни-сказания о шумерском герое Гильгамеше не составляют самостоятельной группы произведений.

В настоящее время известно девять стихотворных шумерских текстов, которые исследователи относят к категории эпических памятников.

Издано (включая песни о Гильгамеше) шесть текстов, содержание остальных трех мы знаем только в изложении. Все сказания составляют часть одного большого цикла, относящегося, как и этиологические мифы, к Ниппурскому канону. Но первоначально они восходили, видимо, к другому циклу: все тексты рассказывают о деяниях правителей города Урука, и действие большей части из них происходит или начинается в Уруке.

Три владыки, по легенде, правивших в Уруке, являются героями дошедших до нас сказаний:

1. Энмеркар, сын основателя первой династии Урука Мескин-гашера (последний, по преданию, сын самого бога солнца Уту).

2. Лугальбанда, четвертый правитель этой династии, отец и родовой бог героя Гильгамеша (третьим, как упоминалось, был Думузи).

3. Гильгамеш, имя которого прославил аккадский эпос.

В исследованиях, как правило, шумерские былины группируются как раз по именам главных действующих героев.

Группа первая. Цикл Энмеркара


а. Энмеркар и жрец Аратты .
Рассказ о споре между правителем Урука Энмеркаром и верховным жрецом города Аратты, не названным по имени. Оба действующих лица предлагают друг другу ряд волшебных задач-загадок. Успех большей частью на стороне Энмеркара, так как ему покровительствует урукская богиня Инанна.

б. Энмеркар и Энсухкешданна (текст не издан).
Еще один спор между Энмеркаром и жрецом Аратты. Спор касается статуи богини Инанны, возвращения которой требует владыка Аратты. Некий жрец Аратты, Энсухкешданна, обещает победить войско Урука (явно при помощи волшебных средств). Положение Урука становится угрожающим, но жрецу-волшебнику успешно противодействует богиня хлеба и мудрости Нидаба, покровительствующая Уруку.

Группа вторая. Цикл Лугалъбан

а. Лугальбанда во мраке гор (так называет этот эпос исследователь цикла Лугальбанды Клаус Вильке; прежнее название, данное тексту М. Ламбером: «Лугальбанда и гора Хуррум»).

Текст издан в отрывках Клаусом Вильке. Краткое содержание: Энмеркар, верховный жрец Урука, собирает войска Урука и Кула-ба, пригорода Урука, в поход на Аратту. В походе принимают участие семь полководцев, «братья и друзья Лугальбанды», а также и Лугальбанда, видимо, их младший брат. В пути Лугальбанда заболевает, и войско оставляет его одного, соорудив ему укрытие, «подобно уютному гнезду», и снабдив пищей. Если Лугальбанда умрет, рассуждают братья, на обратном пути из Аратты они заберут его труп.
Но Лугальбанда поправляется. В пересказе Ламбера его спасает его предок и родовой бог, солнце-Уту, который приносит ему «травы жизни» и «воды жизни». По предварительным подсчетам, текст составляет около пятисот строк.

б. Лугальбанда (или «Лугальбанда и Энмеркар»). По предположению издателя этого текста Клауса Вильке, оба текста могли составлять единую композицию примерно в 900 строк. Во всяком случае, даже если этого не было, события, о которых рассказывается в этом тексте, явно произошли после болезни Лугальбанды, и текст этого эпического рассказа логически связан с первым: многие строки текста без первого рассказа были бы просто непонятны. Текст начинается с рассказа о странствиях и блужданиях Лугальбанды в горах Забуа (или Сабум; о них упоминается и в первом эпосе) и о его мечте возвратиться к войскам Урука. Исполинский орел Анзуд помогает ему осуществить ее: Лугальбанда разыскал гнездо этой чудовищной птицы и в отсутствие хозяина накормил лакомствами маленького птенца орла, а также изукрасил его гнездо. Растроганный орел наделил Лугальбанду даром скорохода.

Лугальбанда добирается до войск Энмеркара, которые осаждают Аратту и не могут ее взять. Энмеркар хочет отправить гонца к богине Инанне, чтобы узнать от нее, в чем причина его бед. Трижды бросает он клич, но охотников не находится. Тогда поднимается Лугальбанда, который, как говорит текст, только что оправился от болезни, и вызывается идти. Братья и друзья Лугальбанды, не зная о его чудесном даре, отговаривают Лугальбанду: мало ему, что он один раз уже чуть не погиб, на этот раз он погибнет обязательно. Лугальбанда не слушает ничьих уговоров и отправляется в путешествие. Он пересекает семь гор и к полуночи поспевает к трапезе Инанны, которая принимает его очень ласково. Лугальбанда передает ей слово в слово послание Энмеркара. Из ответа Инанны явствует, что места ее культа возле Урука запущены: берега Евфрата заросли травой и сухим тростником, в водах развелось много рыбы, среди которых одна, «как бог между рыбами», играет и плещется, и «блестит чешуя ее хвоста средь сухих тростников». Энмеркар должен расчистить эти места, срубить тамариск, который растет одиноко в стороне, и выдолбить из него чан. Затем выловить огромную рыбу, сварить ее (видимо, в этом чане) и принести в жертву Инанне. Тогда победа над Араттой ему обеспечена. На этом текст кончается.

Группа третья. Цикл Гильгамеша

Цикл включает изложенные выше сказания.

Памятники литературы Двуречья в последнее время изучаются в двух планах, двумя группами специалистов:

во-первых, ассириологами и шумерологами, знающими клинопись, которые в основном издают клинописные тексты и все внимание сосредоточивают на филологической интерпретации;

во-вторых, литературоведами и фольклористами, которые, будучи знакомы с шумеро-аккадскими памятниками только по перс водам и изложениям, используют их для иллюстрации своих поло жений; древневосточные памятники (в основном, эпос о Гильгамеше) привлекаются как сравнительный материал представителям ч психоаналитической школы (Шарль Бодуэн, например), неомифо-логической (Г. Р. Леви2) и многих других направлений.

Большое место эпосу о Гильгамеше уделено в монографии английского исследователя Бауры. Труд Бауры посвящен проблеме происхождения и развития героического эпоса; Баура анализирует язык, рассматривает механику рассказа, технику композиции эпических памятников. Эпос о Гильгамеше, привлекается Баурой в числе других эпических произведений для иллюстрации теоретических положений, развиваемых в монографии.
С точки зрения Бауры, эпос теснейшим образом связан с «шаманистской», первобытной поэзией.

Неомифологи (наиболее популярное ныне на Западе направление) тесно сближают миф с магией и обрядом и сюжет мифа сводят к воспроизведению важнейших элементов обряда. В трактовке эпоса о Гильгамеше Леви ставит в центре событий путешествие Гильгамеша. Такие поэмы, как аккадский эпос о Гильгамеше, Рамаяну, Одиссею, Леви относит к «эпосу поисков», причем для нее также важно, что Гильгамеш — историческое лицо, правитель Урука. Но исторические моменты — это внешний фон, основные элементы сюжета и композиции возводятся к обрядам посвящения, к культу умирающего и воскресающего бога и г. д

Обряду посвящения (инициации) Леви уделяет особо важное место, — по ее мнению, путешествие героя, в частности Гильгамеша, носит многие следы этого обряда, во время которого инсценируются странствия и временное нисхождение в подземный мир божественного предка.

В вопросе об отношении эпоса к истории и к мифу Баура разделяет взгляды исторической школы и почти для всех героев находит исторические прототипы. Однако стремление во что бы то ни стало приурочить эпический материал к историческим событиям приводит порой к фактическим ошибкам. Так, русский эпос, по мнению Бауры, группируется прежде всего вокруг Владимира Мономаха и его эпохи, эпос о Гильгамеше дает большой материал об Ассирии времени Ашшурбанапала и т. д.

В советском литературоведении шумеро-аккадскому эпосу отведено значительное место в труде Е. М. Мелетинского, занимающегося проблемой происхождения героического эпоса .
Исследуя шумеро-аккадский эпос, Мелетинский подчеркивает важность изучения памятников такого рода, поскольку перед нами — хронологически древнейший эпос мира, но отмечает, что необходимо учитывать и другое обстоятельство: это письменный, «книжный» эпос, где «народно-поэтическая традиция осложнена взаимодействием с культовой традицией» .

Нравится