Смерть Думузи

Смерть Думузи
Из текста стало ясно, что, спускаясь в подземное царство, Инанна оставила своего супруга Думузи на земле. В дальнейшем действия развертывались так же, как и в вавилонской поэме, но, когда пришло время Инанне покидать преисподнюю, она, как и все живые существа, попавшие туда, не могла вернуться на землю, не подчинившись законам подземного царства. А по этим законам она должна была оставить кого-то под землей вместо себя. И она предает своего супруга Думузи, которого хватают демоны подземного мира «гада». Вот почему до нас дошло так много плачей по поводу безвременной кончины Думузи.

В дальнейшем С. Н. Крамер дополнил рассказ о гибели Думузи еще одним текстом, который он так и назвал — «Смерть Думузи» . Текст этот можно считать продолжением рассказа о нисхождении Инанны, но оформился он как самостоятельное произведение.

Рассказ начинается вступлением, в котором говорится о горьких предчувствиях правителя Урука, пастуха Думузи. Думузи идет на равнину к своей сестре Гештинанне — имя значит «виноградная лоза небес», божественной певице, толковательнице снов. Он приходит к ней с «глазами полными слез и горькими жалобами» — он видел тяжелый сон, предвещающий его конец. Гештинанна подтверждает толкование сна и предсказывает, что за Думузи придут демоны подземного мира «гала». Она советует брату бежать. Думузи скрывается. Появляются безжалостные «гала» и пытками стремятся вырвать у Гештинанны название места, где спрятался Думузи. Она молчит. Демоны решают отправиться к «другу Думузи» (его имя так и остается неизвестным). Думузи тем временем бежит к своему другу и умоляот того не говорить демонам, где он спрячется. Друг клянется молчать, но, подкупленный демонами, выдает Думузи. Демоны накидываются на Думузи, бьют и связы
вают. Думузи обращается с мольбой к солнцу — богу Уту, брату Инанны:

«... О Уту, ты брат моей жены!
Я супруг твоей сестры!
Преврати мои руки в ноги газели,
Преврати мои ноги в ноги газели,
И я от демонов убегу...»


Уту внял мольбе, и превращенный в газель, Думузи бежит в Шубириллу. Демоны вновь настигают его, бьют и истязают. Опять обращается Думузи с мольбой к Уту. Тот второй раз превращает его в газель, и Думузи бежит в храм богини Белили. Он просит у нее немного пищи и воды, но не простых: ему надо попить воды, предназначенной для либации, и поесть «рассыпанной» муки (то есть жертвенной). Таким образом, речь идет скорее о каком-то символическом акте, чем о простом утолении голода и жажды.

Пока Думузи ест и пьет, снова появляются «гала» и третий раз хватают Думузи. Уту превращает его в газель и в третий раз, и тот скрывается в загоне для овец. Но «гала» врываются туда и рву г Думузи на части. Так погиб пастуший бог.

В 1958 г. на симпозиуме по урбанистике С Н. Крамер и Т. Якобсен высказали предположение, что Думузи — божество подземного мира, и на землю он все-таки возвращается. Конец текста, который, видимо, относится к основной версии текста о нисхождении Инанны, опубликован С. Н. Крамером и комментирован А. Фалькенштейном . Думузи, которого Инанна хочет оставить в преисподней вместо себя, будет проводить в преисподней только половину года, как Персефона, а вторую половину будет жить на земле ". Таким образом, шумерский бог Думузи оказывается убиваемым и воскресающим божеством, хотя, может быть, не столь ярко выраженного характера, как Осирис и малоазийские божества.

Упоминается Думузи и в исторических царских списках; в одном из них пастух Думузи считался одним из допотопных царей Бадтибиры , в другом — третьим царем I династии Урука 12 (эта традиция считается основной), так что вполне вероятно, что Думузи, подобно другим легендарным или действительным правителям династии Урука, был впоследствии обожествлен (как Энмеркар, Гильгамеш и др.) и почитался в числе царей-предков, легендарных героев Урука.

Однако по одним этим текстам трудно выяснить, насколько правдоподобно такое предположение и как сочетать данные мифологии и легендарной исторической традиции. Возможно, изображения периода Джемдет-Наср, где бог-пастух показан с символами Инанны — супруги Думузи, сопоставимы с мифологическим образом Думузи — пастушьего божества.

Новые мифологические тексты сближают образ бога-пастуха со «скотоводческими» мотивами раннединастических изображений, а поэма «Смерть Думузи» как будто бы даже дает прямые параллели. Действительно, не могут ли оказаться сценами превращения Думузи в газель изображения терзаемого хищниками человека, ноги которого заканчиваются газельими головами? Создается впечатление, что мастер пытался зафиксировать самый момент перехода одного образа в другой. Таких изображений много, они варьируются весьма разнообразно, и большинство вариантов близки по духу к содержанию поэмы (рис. 35). Бог-пастух Думузи, герой нескольких шумерских сказаний 13, видимо, изображался на ранне-династических печатях, но в числе других скотоводческих божеств, и его образ не был главной темой шумерской глиптики.

Еще один образ, о котором также уже шла речь в данной работе, можно сопоставить с героями раннединастических изображений. Это второй герой эпоса о Гильгамеше, «дикий человек Энки-ду», который живет с животными в степи, ходит с ними к водопою, защищает от охотничьих ловушек и силков. Однако вопрос об образе Энкиду требует специального рассмотрения, поскольку Гильгамеш, которого естественно видеть изображенным рядом с Энкиду, в аккадском эпосе нигде не выступает как защитник стад или герой, каким-то образом связанный с охотничье-скотоводчески-ми мотивами. Поэтому, чтобы окончательно выяснить, насколько возможны сопоставления раннединастических изображений с этими героями, надо предварительно проанализировать литературные памятники, связанные с образами Гильгамеша и Энкиду.

Текст о смерти Думузи был издан полностью в 1972 г. Б. Альстером под названием «Сон Думузи» ; там же см. другие тексты цикла «Ду-музи-Инанна». На русский язык переведен мною в 1973 г.

Нравится